Что происходит?
В начале Бог наполнил мир жизнью, которая рождала по своему роду: всё живое воспроизводило тот порядок и ту жизнь, которые дал ему Бог. И Он создал человека по Своему образу, чтобы люди плодились и размножались и тем самым воспроизводили Его образ по всей земле, наполняя мир Его подобием (Начало 1:27–28). Таково было поручение, данное при творении: Божий порядок, жизнь и образ должны были умножаться по всему миру. Враждебное царство всегда наносило удар по самому корню этого замысла, и самым чудовищным образом — в истории нефилимов, чей беззаконный союз породил потомство не того рода: противоположный образ, образ смерти, а не умноженный образ Божий (Начало 6:1–4). И обетование об умножении Божьего образа через семью Авраама три поколения держалось буквально на волоске: один сын, потом снова один сын, и опять один сын — и каждый рождён из бесплодного чрева. Но вот наконец избранная семья начинает умножаться, и род носителей Божьего образа становится народом.
После видения в Вефиле Иаков продолжает путь на родину своей семьи, чтобы найти жену и нести обетование дальше (Начало 28:12–15). Как и его отец Исаак, он встречает свою невесту, Рахиль, у колодца и соглашается семь лет работать на её отца Лавана, чтобы сочетаться с ней браком (Начало 29:9–18). Но тот, кто хватал, сам оказывается схвачен. В брачную ночь Лаван в темноте обольщает Иакова: вместо младшей, Рахили, он даёт ему старшую сестру, Лию (Начало 29:23–25). Человек, который когда-то воспользовался слепотой собственного отца, чтобы забрать то, что принадлежало старшему сыну, теперь сам обманом получает старшую, хотя хотел младшую. Иаков-обманщик испытывает обман на себе — и должен работать за Рахиль ещё семь лет (Начало 29:27).
То, что происходит дальше, похоже лишь на соперничество: две сестры борются за любовь одного мужа, рожая ему детей (Начало 30:1–13). Мир выстраивает себя по законам силы: он благоволит сильным, первенцам, способным, любимым. Так человечество переделывает мир по своему роду — по образу греха, — и это порождает хаос и беспорядок. Но Божий порядок действует наоборот. Когда Господь видит, что Лию не любят, Он открывает её чрево (Начало 29:31). Благоволить нелюбимой жене — это не просто нежность, это справедливость: Бог дарует жизнь слабым и незамеченным, исправляя мир, который всё отдаёт сильным. Через нежеланную Лию рождается сын за сыном, в том числе Иуда, через которого продолжится семя женщины — род носителей Божьего образа, род обетования. Любимая жена, Рахиль, бесплодна, пока Бог не вспоминает и о ней и не даёт ей сына (Начало 30:22–24). Из этой надломленной и невероятной семьи выходят двенадцать сыновей — двенадцать колен Израилевых. Поручение, данное при творении, снова исполняется, но на Божьих условиях: семья носителей Его образа умножается не через тех, к кому благоволят, и не через плодовитых, а через нелюбимых и бесплодных, чтобы было ясно, что этот народ — Его дело, и чтобы мир наконец был пересоздан по Его роду, а не по нашему.
Даже хваткость Иакова не может этому помешать — Бог обращает её к Своим целям. С помощью полосатых ветвей и избирательного скрещивания Иаков вмешивается в рождение в стадах, играя с самим порядком творения, по которому всё воспроизводится по своему роду, чтобы обогатиться за счёт Лавана (Начало 30:37–43). Это всё тот же старый рефлекс — хватать, дотягиваясь даже до того, как умножается жизнь. И всё же позже Иаков сам признаёт истину: приплод дала не его хитрость, а Бог (Начало 31:7–9). Там, где человек хватается за порядок жизни, чтобы присвоить его, Бог остаётся Тем, Кто на самом деле рождает жизнь. Наконец Иаков собирает жён, детей и скот и тайно уходит в Ханаан — землю, где Бог впервые встретился с ним (Начало 31:17–18). Всё это время, пока враждебное царство умножалось через хваткость и извращённые союзы, Бог тихо умножал Свой собственный род — семя женщины, Свой образ и Свою жизнь — через людей, которых никто бы не выбрал.
Где здесь Евангелие?
Бог восстанавливает Свой порядок, даруя жизнь незамеченным, — и в Иисусе Он совершает это в полноте. Семя женщины наконец приходит через род Иуды, сына нежеланной жены. И когда Он приходит, Он Сам оказывается Отвергнутым — презираемым и обойдённым тем самым народом, который должен был принять Его (Исаия 53:3). Порядок этого мира выбрасывает слабых; Божий Избранник — Тот, Кого мир выбросил.
И здесь враждебное царство пускает в ход свою древнейшую уловку. Как когда-то оно насильно соединило то, что Бог держал раздельно, так теперь оно стремится смешать жизнь со смертью — стащить Источник жизни в могилу и сделать Его частью своего рода. Не было замысла темнее, чем предательство, лживый суд и казнь невинного Сына Божьего. Но Павел говорит, что правители этого века не понимали, что делают: «ведь если бы поняли, то не распяли бы Господа славы» (1-е Коринфянам 2:8). Они хотели родить смерть из жизни; Бог родил жизнь из смерти. Воскресив Своего Сына из мёртвых, Бог лишил силы грех, смерть и дьявола и обратил их замысел в их же поражение (Колоссянам 2:15).
История Иакова показывает, что Бог может обратить человеческие замыслы на исполнение Своего обетования. В Иисусе мы видим нечто ещё большее: Бог берёт худшее, на что способно враждебное царство, — каждую его попытку смешать Божью жизнь со смертью — и выводит из этого истинный род, саму жизнь. Он восстанавливает разрушенный порядок мира, воскрешая Отвергнутого и собирая из слабых и незамеченных семью, которой нет числа.
Убедитесь сами
Я молюсь, чтобы Святой Дух открыл ваши глаза и вы увидели Бога, Который восстанавливает Свой порядок, даруя жизнь слабым и незамеченным. И пусть вы увидите Иисуса — отвергнутого Сына, Который обращает самый тёмный замысел зла в жизнь для мира и вводит вас в семью, число которой никто не может исчислить.

